Тема нехватки рабочих рук в Кузбассе очень старая. Ей десятки лет. «35 тысяч пустых вакансий» — это фраза кочевала из одного выступления губернатора Тулеева в другое много лет подряд. Она подразумевала сразу несколько обстоятельств.

Считалось, что такое количество хронически незанятых рабочих мест в Кузбассе — прямое свидетельство иждивенческих настроений в народе. Посмотрите, как бы говорила власть, люди предпочитают сидеть на пособиях, хотя на производствах их ждут с распростертыми объятиями! Что мешает им пойти работать? Только лень и, ну, может быть, неинформированность. Поэтому областные СМИ постоянно принуждались к пиару этой темы. Сообщения о рабочих вакансиях даже публиковались на региональном ТВ.

Очевидный факт, что зарплата на этих вакансиях всегда была на уровне прожиточного минимума или не намного больше — тоже объяснялся ленью народной. Владельцы крупных кузбасских предприятий, особенно в южной части региона (Новокузнецкая агломерация) заверяли власть, что и рады бы поднять зарплаты, но все упирается в низкую производительность труда. Вот стали бы рабочие и ИТР-овцы в Новокузнецке работать как американцы или японцы — им тут же зарплату бы повысили до американских и японских величин. А работают спустя рукава, ну и получают как негры в Африке. Правда, у пресловутых негров не было зимы с морозами в -30 и постоянным «режимом черного неба». Да и собственники новокузнецких заводов тоже предпочитали жить на своих яхтах там, где негры и тепло, а не в Новокузнецке.

При этом, конечно, нигде не обсуждалось, и не обсуждается до сих пор, что производительность труда завязана в первую очередь на качество управления и технологии (в том числе социальные). И что на оборудовании середины прошлого века, да под руководством наших эффективных менеджеров, ни один японец не показал бы лучший результат, чем нищий новокузнецкий работяга.

В Кемерове ситуация всегда несколько облегчалась тем, что областной центр не был моногородом и мог предложить гораздо больше возможностей для работы и заработка, в том числе в теневом секторе. А огромный шахтерско-металлургический Новокузнецк как раз сосредоточивал в себе большую часть от тех 35 тысяч пустых вакансий с зарплатами в 15-20 тысяч рублей.

Не стоит поэтому удивляться, что именно из Новокузнецка постоянно исходили предложения вернуть практику обязательного распределения выпускников вузов. Учился за счет государства? Будь добр отработать в Новокузнецке несколько обязательных лет. Правда, работать нужно на одного из российских миллиардеров. Поэтому федеральная система образования к этому стандарту так и не вернулась. Зато большие заводы юга области много лет пытаются решить кадровую проблему целевым обучением молодежи. С выпускниками школ заключают договоры, что им оплачивают обучение, например, в кемеровском политехе, а за это потом — обязательные три года или пять лет на заводе нужно отработать. Схема начала применяться с начала 2000-х, но эффективности так и не продемонстрировала. Любой школьник понимает, что для карьеры важнее связи, чем гарантированное трудоустройство.

Как эрзац социальной ответственности в Новокузнецке расцвели благотворительные фонды при крупных промышленных предприятиях. Ими руководят, как правило, молодые симпатичные женщины (просто совпадение, конечно), близко знакомые с руководителями заводов. Фонды, конечно, возвращают жителям города через свои программы небольшую часть тех денег, что заводы сэкономили на рабочих зарплатах. Но неблагодарный народ почему-то их усилия не оценивает и продолжает из города уезжать.

comments powered by HyperComments